Никогда раньше не видел я очереди на такси. Нормальной такой очереди, метров в тридцать-сорок. А вот на главной железнодорожной станции Эстасьо Санс в Барселоне увидел. Возвращался я как-то из Аликанте в Барселону, вышел из вокзала, да так и попух на месте от удивления. Десятки зелёных огоньков покрывали привокзальную площадь словно светляки поляну. Я знал, что такси в Барселоне очень много, но вот столько и сразу – до тех пор не встречалось. Очевидно, с бешеным наплывом приезжих в столицу Каталонии (даже зимой!) иначе не справиться. Машины то и дело отъезжали с парковки, жадно заглатывали туристов вместе с их чемоданами и, порыкивая, расползались по хорошо освещённым улицам. Несмотря на нереальное скопление такси, людям, однако, приходилось куковать под светом фонарей, ожидая своей посадки. Кому-то сверху, явно очень догадливому, пришла идея сажать людей только в специально отведённом месте, не более чем в пять машин за раз. Приезжие тоскливо мялись в длиннющей очереди, поглядывая на таксистов, нервно покуривающих из машин. Таксисты из своей очереди смотрели на очередь пассажиров. Я смотрел на тех и других и думал, что к счастью никто из них не знал имени изобретателя этой схемы посадки, иначе бы ему закикалось до дрожи.

Тэги: транспорт, улица
Комментарии (FB, VK)

Сейчас в Барселоне уже потеплело, но вот мне вспомнился один февральский день, и я решил о нём написать… Выскочил я тогда на обеде на улицу, а там шёл снег. Для Барселоны снег, как можно догадаться, штука необычная. И хотя за последние три года я видел его тут уже дважды (привет, климатические сдвиги!), положительные эмоции он вызвал у меня впервые. Морозная свежесть бодрила. Лицо горело. Поначалу я стучал зубами и тихо по-испански проклинал февральские “плюс два”. Пожив в Барселоне, я уже привык думать на местном и одеваться легко, без шапки и свитера, лишь в пальто поверх рубашки. Чтобы согреться, я побежал, и вскоре даже стал получать какое-то извращённое удовольствие от уличного холода. Ощущение того, что промозглый ветер обжигал мне кожу, но внутри кровь кипела и мне всё было ни почём, такое болезненно знакомое с детства, привело меня к состоянию схожему с эйфорией. Руки у меня мерзли, в шею задувало, но сам я расплывался в улыбке, искренне радовался близкому нулю. В голове была ясность, и ещё я вспомнил детство и дом. Я вспомнил, как ходили мы с отцом на “большой круг” в 15 километров, через старое кладбище в лес на лыжах. Как шли мы там между могилок с крестами и полумесяцами, как неслись по склону между берёз, как пролазили под теплотрассой, как переходили замёрзшие болота, и как пили из ледяного ручейка. И возращались мы вдоль железнодорожного полотна. Было холодно, ноги леденели, и приходилось сжимась и расжимать пальцы в ботинках, чтобы согреться. Зато дома меня ждала тёплая ванная и горячий чай и, самое главное, вкус к жизни. В детстве я очень любил зиму, ледяную горку на погребе, подснежные ходы, которые мы рыли с друзьями, и снежные мотоциклы с лодками, которые мы лепили на пустыре за домом. С возрастом я к зиме охладел. Появились другие интересы и пристрастия, которые с зимой сочетались плохо. Например, гулять с аудиокнигой, наблюдая за городом. Однако трудно объяснимая (особенно испанцам) сибиряцкая любовь к ветерку, морозцу, экстриму во мне до сих пор теплилась. В тот февральский день в Барселоне я её почувствовал. Порадовался я, понастальгировал на прогулке, но и с не меньшей радостью подумал, что через день на небе опять зажгут солнце и вся бледнота с асфальта сойдёт. Что мне было лучше совсем без холода. Что иначе было сейчас.

Тэги: погода, русские, улица
Комментарии (FB, VK)

Обеденное время. День будний. Хотя на небе полно облаков, без солнцезащитных очков постоянно щуришься – солнце яркое-яркое. После офиса на улице свежо. Направляешься бодрым шагом на проспект Сан Хуан в аллейку возле триумфальной арки. Забираешься на травку и усаживаешься под пальмой. Ствол у пальмы кучерявый, какие-то червеобразные отростные из него торчат. Вешаешь на один из отростков свой пиджак. Попугайчики над головой чирикают. Достаешь салат в пластиковой упаковке из “Меркадоны”, пакет “Гаспачо”, умиротворённо поглощаешь свою дневную добычу. Затем растягиваешься на травке, разве что туфли не снимаешь. Подскакивает той-терьерчик. Нюхает-нюхает тебя.
– Шуруй отсюда, бобик, – говоришь ему на русском и отмахиваешься лениво, но совсем не злобно, от псинки. – Поищи себе другое место, где пописать, и так еле нашёл чистую лужайку…
Вслед за бобиком пробегает паренёк в футболке Барсы. Небольшие группки туристов то и дело фотографируются на фоне арки. Триумфальное сооружение в полдень вялое и тусклое, не то, что ночью и в дождь. Но народу арка нравится и так. Внутреннее величие её сохраняется в любую погоду. Мимо важно проходит араб в чёрной чалме и с бородой. Ты оглядываешься, находишь и других интересных персонажей. Дышишь апрельской Барселоной. Наконец, расслабляешься и следующие 15 минут посвящаешь сладкой энерго-сиесте. Очнувшись, смотришь на часы – пора. Отдохнул, проветрился. Встаёшь, отряхиваешься, снимаешь пиджак с пальмы и возвращаешься к рабочим делам.

Тэги: погода, улица
Комментарии (FB, VK)

– Эй, мужик, как считаешь, можно тут припарковаться? – спрашивает Энрике у скучающего на входе бармена.
– Да, пжлста. Вот если пару метров вперёд, то не советую.
Энрике ставит машину. В баре его уже ждёт приятель. Они славно обедают. Выходит, а машины нет. Первая мысль: “спёрли, бля…” Подумав здраво, решает поискать талон. Так и есть – уволокли на кране за неправильную парковку.
– Сейчас в Барселоне вообще беспредел, – рассказывает мне Энрике. – Развелось этих падальщиков. Понакупили, понимаешь, кранов и курсируют целыми днями по районам. На каждый райончик под два три грузовичка с кранчиком (grúa). Чуть не так припаркуешься и пяти минут не пройдёт – уволокут твою тачку. Им теперь даже полиция не нужна. Подъезжают – чик, чик! – пару фото сделают на сотовый, быстренько загузят твой транспорт, пока тебя нет, и привет-прощай сто пятьдесят евро. Причём, столько стоит только “услуга” увоза. Плюс в полиции штраф 60 евро. Если сразу платишь, то скидка 50%. Долбануться сервис! (исп. vaya servicio)

Тэги: транспорт, улица
Комментарии (FB, VK)

Грохот, будто рушится здание. Шум дождя. Ревёт, как у подножия водопада. Ветер завывает. Утро, на работу скоро, а вставать не тянет. Кутаюсь под одеялом. Лишь стихает дождь, осторожно выглядываю в окно. Небо там серое-серое… проваливаюсь в нём взглядом, будто в жидком бетоне. Дороги, тротуарная плитка, фасады и стены зданий – все темноё и готичноё. В квадратных клумбах у оснований деревьев блестят лужи. Магнолии и фикусы словно растут из воды. Шторы на балконах – унылые зелёные и жёлтые тряпки. Сепаратистский каталонский флаг с жёлто-красными полосами и белой звездой на синем фоне измождённо висит на перилах. Сотни мопедов и велосипедов вдоль дорог – заброшенные, малопригодные в дождь. С каплями воды на кожаных сиденьях.
– Буйнос диас, Рамон!! – кричит пожилой бармен из-за бочки “Estrella Damm”. – Ну и ёбнуло же сегодня! Давненько так не поливало!
Ему приветственно машет консьерж кабаре “Берлин” через дорогу.
– Ке тал, Чави! Да осталось-то… скоро опять завоем от жары!

Тэги: погода, улица
Комментарии (FB, VK)

29 марта в Барселоне проводилась глобальная забастовка (на кат. “vaga general”). Выражалось организованное недовольство антикризисным мерам правительства, ущемляющим интересы простых трудящихся. Толпы народа вышли на демонстрацию. Весь день над городом жужжали вертолёты. Кто-то, правда, отсиделся в офисе, не желая терять день зарплаты. Кто-то удовлетворился коллективной прогулкой с транспарантами. Но были и те, кто творил революцию…
…Тройка косматых парней выскочила на площадь Риус и Таулет. Жертва священной миссии была яснее лампочки: прямо напротив башни с часами белела нарядная, с нахальным, словно оскал, балкончиком обитель зла, где располагалась городская администрация. Парни энергично выгребли ворох разной дряни из серого мусорного бака на углу, подтащили поближе к окнам ненавистного учреждения и, искренне веруя в высокии цели своей вендетты, подожгли вонючую кучу. Огонь расходился медленно. Маленькое пламя потихоньку лизало грязные тряпки, пластиковые мешки с отходами – до священного пожарища народного гнева мусорному костерку пока было далеко. Опалённая дрянь повалила густым белым дымом.
– ¡Pu-eblo u-unido, jamás será ven-cido! ¡Pu-eblo u-unido, jamás será ven-cido! (исп. “Сплочённый народ непобедим!”) – дружно принялась скандировать троица.
Взгляды их были направлены к восьмиглазой морде мерзотного капитализма, то есть… беленькому фасаду администрации. Вдруг из какой-то подворотни на площадь выскочила старушонка – седые растрёпанные волосы, халатик, тапочки, а в руках КЛЮКА. С неожиданным проворством она подскочила к троице.
– А-А-А-НУ-КА ПШЛИ ПРОЧ-Ч-ЧЬ! – хрипло заорала она им, да как огрела одного активиста палкой по башке.
БАМЦ!
– Да ты чего, бабуля!
БАМЦ!
– Ай! Да мы же за таких, как ты, радеем!
БАМЦ!
– Пошли прочь! Придумали же!! Мусор у людей под окнами жжжечь! Пшли! Пшли! Идиоты!!
БАМЦ! БАМЦ! БАМЦ!
Поджав хвосты, активисты бросились наутёк. БАМЦ! БАМЦ! – подгоняла их старушонка…

Тэги: события, улица
Комментарии (FB, VK)

– Кхэй, хээй, хэээээйййй!! – приглушённо донеслось с улицы, и я проснулся.
– Эйрххххх!! Хы! Ха-ха-ха-ха!!! Хрррр!
До переезда я жил в тихой части Эйшамплы, да ещё в комнате без окон, разве что из дворика порой доносились шумы, и то не часто. Теперь же я забрался в самую барную зону Сан Жерваси. По выходным народ сюда выползал принять на грудь, расслабиться после рабочей недели, покричать всласть:
– Аора беньго-о-о! (исп. “сейчас приду”)
– Беньга-а-а!! (исп. “давай”)
– Люсии… люсиит!! пшьии!!
Окна в квартире были хотя и пластиковые, но, как и везде в Барселоне, одинарные. Глушили они шумы плохо. Речь вместе с другими звуками врывалась в спальню в искажённом, извращённом виде. В сочетании с пьяным ночным бредом она окрашивала ночь в головокружительные сюрреалистические тона.
– Кломбб йу-у-у-у!! Йу-у-у!! А-алэ-э-э, алэ-э-э-алэ-э-э!.. Бьи-и-и, бьы-ы-ы-ы…
– Ауть! Брауть! Блавыть!
– О-о-омбре! О-о-омбре! Но-но-но-но! Ке ба… ке ба… ке ба!!! (исп. “Мужи-ик! Мужи-и-к! Не-не-не! Каво, каво, каво!)
Цок, цок, цок, цок!..
– А лас синко! Дос-дос-дос… (исп. “В пять! Два, два, два…”)
– Бдрбурлпрл упр… – бурлил пьяными ночными страстями людской котёл.
Я поднялся с кровати, подошёл к окну и открыл его. В комнату ворвалась предутренняя прохлада и свежесть. В тусклом свете фонарей я различил группки народа по углам у входов в бары.
– Пито!! А донде бас!? (исп. “Пито! Ты куда!?”) – выкрикнул какой-то паренёк.
ВЖ-Ж-Ж!! ВЖ-Ж-Ж! ДР-Р-Р-Р! ВЖ-Ж-Ж-Ж!! – приехал мусоровоз.
– Нинья-я-я-я, но савиа ке эра эсо!! (исп. “Детка, не знал, что в том было дело!”)
– Бурл блув! Йап дадун! Анда… йа… аамигпл айнинай умба дидо!
– Лоюлипаблипо! Э трабахадо… чико-о чико-о, о-омбре, айи айи хенте…
– Ико-о ико-о аси ме пего мате!..
Я закрыл окно, взял из ящичка беруши и запихнул их поглубже в уши. Шумы прекратились – мир словно замер в моём сознании. Будет время и я пойду шуметь и развлекаться, летом почаще, а пока – впереди меня ждал ещё один спокойный и творческий выходной.

Тэги: бары, быт, улица
Комментарии (FB, VK)

Ох… как же меняется настроение, как же хочется выбраться из бетонной коробки, где весна лишь едва ощутима, и бодрой походкой двинуться в парк. Вдохнуть март полной грудью. Гулять, наблюдать за людьми, наслаждаться всё ещё робким, но уже набирающим силу, весенним солнцем. Прохладный ветерок гоняет листья по дорожке. Вместе с ним все проблемы, ещё ночью порождавшие тяжелые образы, становятся какими несущественными и обязательно разрешимыми.
– Чута, чута.. ала! – кричит высокий мужчина худенькому мальчишке неподалёку.
Мужчина пинает серый мяч, и мальчишка ловко принимает пас. Рядом с ними неуклюже топчется девочка двух-трёх лет в коричневой курточке и белых нарядных колготочках. Во рту у неё соска, а в глазах неподдельный детский интерес к окружающему миру. Миру, пока ещё очень доброму и светлому, бережно охраняемому родителями.
Птичка свистит на одном дереве, на другом ей отвечает соседка. Позвякивают посудой в открытом кафе неподалёку. Едва уловимый запах кофе струится в пропитанным цветущей зеленью воздухе. Повсюду ходят счастливые, расслабленные люди. За последнюю пару недель они постепенно перелазят из пальто и курток в легкие водолазки, пиджаки, толстовки. Отличие от лета всё еще очень заметно – девушки по-прежнему в джинсах и брюках, лишь изредка встречаются смелые и отчаянные, уже оголившие побелевшие за зиму ноги. Старички ходят в куртках и с шарфами. Туристов всё ещё маловато. Даже на Рамблас – куда меня тянет после парка – не так чтобы не протолкнуться. Места хватает всем. Высоко в лучах солнца сияет Колумб, люди загружаются в прогулочный катер, а я думаю, что все-таки здорово чувствовать себя словно в отпуске, при этом никуда не уезжая. Вместе с Паолой мы идём по мосту в сторону торгового центра Мэри Магнум и порта Велл. По пути, для пущего погружение в отдых, я делаю туристические фотографии. Мы сливаемся с толпой счастливых приезжих. В торговом центре народу не много – скидки уже закончились. Очередь наблюдается только в кафе “ешь, сколько сможешь” Fresc Co, даже несмотря на то, что оно замуровано на первом этаже. Мы поднимаемся наверх, на терассу, в ресторан с видом на море и на Монжуик. Там пакистанцы подают нам зелёный салат с креветками, паэлью, белое сухое вино. Счастливые и яркие моменты в цветении мартовской Барселоны… Так хочется запечатлеть, прочувствовать, запомнить, нести их словно талисман, защищающий от каких бы то ни было ненастий, обязательно ещё поджидающих нас на долгом жизненном пути.

Тэги: отношения, погода, самокопание, туризм, улица
Комментарии (FB, VK)

Широкая улица, уходящая от Саграды Фамилии вниз к морю, Марина – что по-испански означает “морская”. Впервые я оказался на ней апрельской ночью. С Антоном мы мчались на велосипедах вниз по Марине, мелькали фонари, пальмы-великаны, причудливые дома витьеватой архитектуры. Было уже тепло и тёплый встречный ветер трепал толстовку, мы обруливали скейтеров и пролетали полупустые перекрёстки на красный. Впереди виднелся местный World Trade Center – небоскрёбы-близнецы завершали улицу и после них начинался пляж. До сих пор помню ту безграничную радость новоприбывшего. Сбылось столь ожидаемое – наконец-то я жил в Барселоне – и Марина с её огнями, пальмами и небоскрёбами на пляже символизировало всю ту южную жизнь, которой я грезил с детства. С того дня я проходил по Марине десятки раз. Я водил по ней друзей от Саграды Фамилии, пересекая проспект Диагональ, мимо арены для боя быков Монументаль, через Гран Бию, по мосту над Парком Эстасьон Норд, мимо футбольного поля, где неугомонные испанцы пинают мячик даже по ночам, через проспект Меридиана, вниз-вниз-вниз, к парку на Вила Олимпик и прямиком к небоскрёбам на пляж Барселонета и обратно, уже накупавшихся, загорелых, довольных вверх по Марине. Обычно малолюдная, просторная, манящая своей южностью, артерия, связывающая море с городом, Марина до сих пор восторгает моё воображение, манит прогуляться по ней и прочувствовать истинный дух красавицы Барселоны.

Тэги: улица
Комментарии (FB, VK)

Не люблю туризм для галочки. Свесив язык на плечо, обежать все достопримичательности, сфотаться “я и Саграда Фамилия”, “я и Люся (мутный Торре Агбар на фоне)”, “Люся на Рамблас”, “мы и какой-то кучерявый дом (говорят Гауди)”. В чём радость? Похвастаться друзьям, что я там был? Места, помеченные флажками на карте, стоит прочувствовать. Выделить достаточно времени на их посещение…
На улице темнеет, и перед Саградой Фамилией включают огни. Мощные прожектора высвечивают словно песчанную громаду остроконечного собора. Я сижу за озерцом на лавочке. Передо мной высится фасад Рождества, самый первый, который строил ещё сам Гауди. У основания фасада три портала – Вера, Милосердие и Надежда. Я не фанат этих добродетелей, предпочёл бы что-нибудь поактивнее, но мне нравится, что за архитектурой творения есть идеи, над которыми можно помыслить. Если мыслить в тягость, то можно дзенски попялиться на кипарисовое дерево с птицами, нахлобученное на центральный портал, или в озеро, где колеблются отражения апостолов, вернее башен, их олицетворяющих. Признаться, из-за озера – мой любимый ракурс на собор. Полночь – любимое время суток. Я видел Саграду Фамилию и в солнечный день, и в дождь, и в снег, но больше всего она мне нравится летней полночью. С собором у меня связаны свои саградные истории, что-то опубликовано, что-то сохранено для себя. Саграда Фамилия вплетена в мою обыкновенную барселонскую жизнь. Её образ навевает мне изысканный букет воспоминаний. Конечно, не всегда получается так облюбовать место, опутать личными ассоциациями, особенно, когда приезжаешь с коротким визитом. Но по мне, так лучше уж что-нибудь одно своё, простое, прочувствованное, тёплое сердцу, чем ворох умно-безличного “обо всём” от экскурсовода. Я всё равно факты забываю, если не сразу же, то через полгода… Помню, что ездил на долгую экскурсию в Крыму, а что рассказывали почти не помню. Помню, была интересная экскурсия в Ливерпуле по местам Битлз, но в голове одни обрывочные образы. Если бы не читал книжку о группе потом, если не опубликовал бы статью и вовсе ничего не осталось бы. Так я вывел для себя формулу: для деталей и фактов, если увлекло – книжки, а при личном визите – впечатления, события, люди. Уметь видеть живое в галочках на карте и вокруг них, не гнаться за полным списком, довольствоваться единичным, наслаждаться не торопясь. Так в Париже мне запомнилась прогулка у Сены (а вот Нотер Дамм прошёл серым фоном), в Вене – чудесная сиеста посреди парка Зигмунда Фрейда, в Риме – ночная тусовка с молодёжью на площади Испании, в Любляне – совместные сауны “топлицы”, в Лиссабоне – словенская официантка, в Барселоне – … даже трехсот семидесяти заметок, написанных за год, мне мало.

Тэги: места, монументы, самокопание, улица
Комментарии (FB, VK)